Обжалование третейского решения

2.4.2. Решение третейского суда о взыскании искусственно созданной аффилированными лицами задолженности в целях последующего извлечения выгоды в деле о банкротстве, полученное в результате злоупотребления правом, нарушает права третьих лиц, противоречит публичному порядку и на этом основании подлежит отмене

Примечание

Последствия отмены решения третейского суда совпадают с последствиями отказа в его принудительном исполнении, что отражено в п. 4.1. Обзора.

Определение СК по экономическим спорам Верховного Суда РФ от 28 апреля 2017 г. N 305-ЭС16-19572

Отказывая в удовлетворении заявленных требований Банка, суд кассационной инстанции указал на то, что процедура проверки и исследования доказательств, на основе которых принято решение третейского суда, не предусмотрена АПК РФ, Банк не оспаривал наличие долга у заемщика на момент выдачи исполнительного листа, а возможное отсутствие долга в заявленном размере на момент вынесения решения третейского суда не может служить основанием для отмены судебного акта о выдаче исполнительного листа, довод Банка о взаимосвязанности и аффилированности ООО и ЗАО не был подтвержден безусловными доказательствами, поскольку представленные данные различных информационных ресурсов не могут, по мнению суда, рассматриваться в качестве надлежащих доказательств.

Между тем такие выводы суда являются ошибочными.

Сознательно сокращая стадии судебного разбирательства по делам о принудительном исполнении решений третейских судов (международного коммерческого арбитража), законодатель исходил из признания исчерпывающей роли третейского суда (арбитража) в разрешении по существу спора, переданного по воле сторон в указанный орган, отсутствия необходимости в пересмотре решения третейского суда по существу и обеспечения в связи с этим процессуальной экономии и ускорения рассмотрения дела по спору, уже разрешенному третейским судом.

Однако указанный подход не исключил общепризнанных, как на уровне международно-правовых источников, так и актов национального права государств в сфере третейского разбирательства, полномочий государственного суда по защите интересов публичного порядка, которые государственный суд места исполнения третейского решения осуществляет по собственной инициативе, независимо от того, ходатайствуют о проверке последствий исполнения третейского решения на соответствие публичному порядку участники разбирательства или третьи лица.

Согласно п. 2 ч. 3 ст. 239 АПК РФ (в редакции, действовавшей в период спорных правоотношений) арбитражный суд отказывает в выдаче исполнительного листа на принудительное исполнение решения третейского суда, если установит, что решение третейского суда нарушает основополагающие принципы российского права (оговорка о публичном порядке). В действующей редакции Кодекса также сохранено указанное основание отказа в выдаче исполнительного листа на принудительное исполнение решения третейского суда, сформулированное в виде традиционной оговорки о публичном порядке: согласно п. 2 ч. 4 ст. 239 АПК РФ арбитражный суд отказывает в выдаче исполнительного листа на принудительное исполнение решения третейского суда, если установит, что приведение в исполнение решения третейского суда противоречит публичному порядку Российской Федерации.

Арбитражный суд отказывает в признании и приведении в исполнение иностранных судебных или арбитражных решений по собственной инициативе, если установит, что такое признание и приведение в исполнение противоречит публичному порядку РФ (п. 2 Обзора, утв. Президиумом ВАС РФ (информационное письмо от 26.02.2013 N 156). Указанная правовая позиция о проверке третейских решений на соответствие публичному порядку государства исполнения по инициативе государственного суда в равной степени применима и к решениям внутренних третейских судов. Вместе с тем, императивный характер исключительных полномочий государственного суда по защите публичного порядка при исполнении решений третейских судов не исключает права участников спора, третьих лиц ходатайствовать о проверке третейского решения по указанному основанию и приводить в подтверждение своего довода соответствующие доказательства. При этом довод о нарушении публичного порядка вправе заявить и лица, не участвовавшие в деле, но чьи права (охраняемые законом интересы) затронуты третейским решением, до установления правовой определенности по делу в рамках последовательной процедуры обжалования судебного акта.

Сторона, заявляющая о противоречии признания и приведения в исполнение третейского решения публичному порядку государства исполнения, должна обосновать наличие такого противоречия (п. 3 Обзора).

Защита охраняемых законом интересов третьих лиц, в том числе в отношениях с неплатежеспособным должником, важная функция правосудия, являющаяся элементом публичного порядка государства. Следовательно, при рассмотрении заявления о признании и приведении в исполнение третейского решения вопрос о защите интересов третьих лиц подлежит судебному контролю как элемент публичного порядка государства исполнения в силу полномочий государственного суда, в том числе ввиду заявления данного довода участниками разбирательства. Принудительное исполнение третейского решения, нарушающее публичный порядок, является судебной ошибкой, свидетельствующей о незаконности судебного акта.

При этом суды осуществляют такой контроль исходя из общих принципов права, правовых принципов, действующих в отдельной сфере правоотношений (например, в сфере несостоятельности (банкротства), и с учетом норм законодательства, регулирующих конкретную сферу правоотношений.

В настоящем случае заявитель кассационной жалобы в Арбитражный суд Московского округа указывал на нарушение исполнением решения третейского суда как общих принципов права (принципа добросовестности и запрета злоупотребления правом), так и специальных принципов законодательства о несостоятельности (запрета получения незаконных и необоснованных преимуществ кем-либо из кредиторов).

В соответствии с п. 5 ст. 10 ГК РФ добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагается. Верховный Суд РФ в постановлении Пленума ВС РФ от 23.06.2015 N 25 указал на то, что, оценивая действия сторон как добросовестные или недобросовестные, следует исходить из поведения, ожидаемого от любого участника гражданского оборота.

Высший Арбитражный Суд РФ в постановлении Президиума ВАС РФ от 26.03.2013 N 14828/12 указал на то, что если доказывание недобросовестности существенно затруднено из-за наличия в соответствующем правопорядке особых правил о раскрытии информации о выгодоприобретателях компании, добросовестной компании при разрешении судебного спора надлежит самостоятельно предоставить информацию о том, кто в действительности стоит за этой компанией. Банк указывал на недобросовестное и неразумное поведение участников третейского разбирательства как при ведении предпринимательских отношений, так и при использовании третейского разбирательства в качестве средства разрешения спора. Однако участники третейского разбирательства аргументов, опровергающих доводы банка, не представили.

Защита интересов конкурсных кредиторов — третьих лиц в процессе признания и принудительного исполнения третейского решения осуществляется также с учетом принципов и норм законодательства о несостоятельности.

В соответствии с п. 24 постановления Пленума ВАС РФ N 35 от 22.06.2012 кредитору по делу о банкротстве принадлежит право оспаривать в установленном порядке судебные акты, подтверждающие наличие и обоснованность требований других кредиторов.

Также Президиумом ВАС РФ сформулирована правовая позиция (постановление от 13.05.2014 N 1446/14), получившая свое развитие в правовой позиции Судебной коллегии по экономическим спорам ВС РФ (определение от 09.10.2015 N 305-КГ15-5805), по вопросу доказывания нарушений публичного порядка по заявлениям третьих лиц — конкурсных кредиторов в делах о принудительном исполнении решений третейских судов. Возможность конкурсных кредиторов в деле о банкротстве доказать необоснованность требования другого кредитора, подтвержденного решением третейского суда, обычно объективным образом ограничена, поэтому предъявление к ним высокого стандарта доказывания привело бы к неравенству таких кредиторов. При рассмотрении подобных споров конкурсному кредитору достаточно представить суду доказательства prima facie, подтвердив существенность сомнений в наличии долга. При этом другой стороне, настаивающей на наличии долга, присужденного третейским судом, не должно составлять затруднений опровергнуть указанные сомнения, поскольку именно она должна обладать всеми доказательствами своих правоотношений с несостоятельным должником.

Кроме того, в противном случае на конкурсного кредитора налагалось бы бремя доказывания отрицательного факта, что недопустимо с точки зрения поддержания баланса процессуальных прав и гарантий их обеспечения.

Указанный алгоритм доказывания подлежал применению в настоящем деле.

Таким образом, учитывая указанные выше нормы права и позиции высших судебных инстанций по вопросам толкования норм права, Судебная коллегия считает необходимым отметить, что при рассмотрении судами заявлений о выдаче исполнительных листов на принудительное исполнение решений третейских судов, необходимо учитывать разумность и добросовестность действий и поведения участников гражданских правоотношений в той степени, в какой это будет необходимо для обеспечения защиты прав и законных интересов третьих лиц, не участвовавших в деле, но о правах и об обязанностях которых арбитражный суд принял судебный акт, в частности — кредиторов.

При рассмотрении настоящего дела суд кассационной инстанции проигнорировал доводы Банка о возможном нарушении исполнением решения третейского суда публичного порядка РФ по причине недобросовестного, направленного на злоупотребление правом и обход закона поведения участников третейского разбирательства, которое основывалось на данных, полученных Банком в результате исследования расчетного счета ЗАО, открытого в Банке, информации о действиях ЗАО и ООО после опубликования уведомления Банка о намерении обратиться в арбитражный суд с заявлением о банкротстве ЗАО в соответствии с требованием п. 2.1 ст. 7 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» N 127-ФЗ от 27.09.2002, а также о взаимной связи между ЗАО и ООО и согласованности их действий.

Подобное поведение участников гражданского оборота, фактически направленное на создание искусственной задолженности, при отсутствии доказательств обратного, представляет собой использование юридических лиц для целей злоупотребления правом, то есть находится в противоречии с действительным назначением юридического лица как субъекта права. В равной степени такие действия являются и формой незаконного использования третейского разбирательства, поскольку направлены не на обращение к третейскому суду как средству разрешения спора согласно его правовой природе, а на использование третейского разбирательства в целях злоупотребления правом. Такие интересы судебной защите не подлежат.

Учитывая обстоятельства настоящего дела, суд кассационной инстанции округа, установив, что по основаниям, заявленным Банком, третейское решение на соответствие публичному порядку РФ в силу объективных причин не проверялось, при этом по делу не установлена правовая определенность, в целях проверки решения на соответствие публичному порядку РФ, то есть исключения нарушения нормы п. 2 ч. 3 ст. 239 АПК РФ, но не по причине допущенной судом первой инстанции судебной ошибки, и в целях обеспечения принципов состязательности сторон, законности судебного акта, баланса прав участников спорных правоотношений, процессуальной экономии, должен был направить дело на новое рассмотрение в суд первой инстанции. Иной подход создает возможность удовлетворения требований одного из кредиторов должника без учета прав и законных интересов других его кредиторов, а, следовательно, для нарушения публичного порядка Российской Федерации.

Правовая позиция суда:

Решение третейского суда принято по спору между аффилированными лицами о взыскании задолженности, которая была искусственно создана для получения неосновательной выгоды в деле о банкротстве путем включения взыскателя по спору в реестр кредиторов. Действия заинтересованных лиц привели к нарушению прав и законных интересов других кредиторов и признаны злоупотреблением правом, не подлежащим судебной защите. При таких обстоятельствах решение третейского суда нарушает основополагающие принципы российского права, противоречит публичным интересам и подлежит отмене.

Комментарий автора:

Анализ рассматриваемого определения Судебной коллегии по экономическим спорам ВС РФ дает основания для некоторых выводов о содержательной стороне контроля государства в отношении третейских судов. Эту функцию выполняют государственные суды — арбитражные суды и суды общей юрисдикции (суды). Суд проверяет соответствие решения третейского суда основополагающим принципам российского права и при наличии хотя бы одного из исчерпывающего перечня оснований, установленных законом, принимает решение об отмене решения третейского суда. При этом суд не вправе оценивать по существу вывод об удовлетворении или отклонении иска, а также изменять установленные третейским судом фактические обстоятельства спора. Однако это не исключает необходимость проверки соблюдения закона, исходя из оснований для отмены решений третейского суда не только в отношении спорящих сторон, но и в отношении третьих лиц, права и законные интересы которых могут быть нарушены решением третейского суда и подлежат защите. Именно по данному делу были нарушены права лица, не участвовавшего в третейском разбирательстве (Банка-кредитора). Такое положение сложилось в результате противоправных действий аффилированных лиц, специально создавших непогашенную задолженность, имея при этом в виду извлечь необоснованную выгоду после возбуждения дела о банкротстве в отношении должника. Аффилированные лица использовали институт третейского разбирательства для получения требуемого решения, которое должник с ведома взыскателя добровольно не исполнял, а взыскатель при этом с ходатайством о принудительном исполнении решения третейского суда не обращался в ожидании предвиденного возбуждения дела о банкротстве должника. Только после обращения банка-кредитора с заявлением о возбуждении дела о банкротстве должника взыскатель ходатайствовал о включении его в реестр кредиторов. Указанные выше действия аффилированных лиц были установлены по заявлению банка-кредитора, однако необоснованно оставлены без реагирования.

Судебная коллегия признала, что имеет место злоупотребление правом, которое не подлежит судебной защите. Судебные акты нижестоящих инстанций, удовлетворившие заявление о принудительном исполнении решения третейского суда в отношении должника, отменены с направлением дела на новое рассмотрение в суд первой инстанции, поскольку не были проверены обстоятельства соответствия решения третейского суда публичному порядку и этим обстоятельствам не дана оценка.

05.05.2008ЭЖ-Юрист

Согласно ст. 46 Конституции РФ каждому гарантируется судебная защита его прав и свобод. Решения и действия (бездействие) органов госвласти, органов местного самоуправления, общественных объединений и должностных лиц могут быть обжалованы в суд. В отношении обжалования нормативных и ненормативных актов органов исполнительной власти сегодня существует обширная судебная практика. Но до сих пор дискуссионным остается вопрос о возможности обжалования в судебном порядке писем разъяснительного характера финансовых органов. Это связано с тем, что нет единого мнения по поводу нормативного (ненормативного) характера разъяснений.

Что такое нормативный акт

Пленум ВС РФ определил существенные признаки нормативного правового акта следующим образом: «Издание его в установленном порядке управомоченным органом государственной власти, органом местного самоуправления или должностным лицом, наличие в нем правовых норм (правил поведения), обязательных для неопределенного круга лиц, рассчитанных на неоднократное применение, направленных на урегулирование общественных отношений либо на изменение или прекращение существующих правоотношений» (Постановление Пленума ВС РФ от 29.11.2007 № 48 «О практике рассмотрения судами дел об оспаривании нормативных правовых актов полностью или в части»).

В одних случаях письменные разъяснения финансовых органов признаются судом нормативно-правовым актом, в других — нет.

Определение ВАС РФ от 29.06.2007 №7526/07 указывает: Письмо Минфина России «содержит разъяснения налогового законодательства, которые никого ни к чему не обязывают. Налоговые органы не вправе требовать от налогоплательщиков соблюдения содержащихся в оспариваемом письме разъяснений. Кроме того, Министерство финансов РФ исходит из того, что данное письмо не является обязательным даже для налоговых органов. Направление Федеральной налоговой службой оспариваемого письма своим территориальным органам, образующим единую централизованную систему контроля за соблюдением законодательства о налогах и сборах, не является основанием для изменения юридического статуса данного документа и его правовой квалификации в качестве нормативного правового акта» (Определение ВАС РФ от 29.06.2007 №7526/07).

Проанализировав оспариваемое положение Письма Минфина России, Президиум ВАС РФ справедливо пришел к выводу о том, что «данными положениями устанавливаются обязательные правила формирования налоговой базы при выполнении налогоплательщиком строительно-монтажных работ для собственного потребления. Направление названного Письма Федеральной налоговой службой сопроводительным письмом от 25.01.2006 №ММ-6-03/63@ нижестоящим налоговым органам для использования в работе не исключает возможности многократного применения содержащегося в нем предписания и порождает правовые последствия для неопределенного круга лиц» (Постановление Президиума ВАС РФ от 09.10.2007 №7526/07).

Интересная позиция изложена ВАС РФ в решении от 17.10.2007 по делу № 8464/07, в которой он допускает нормативно-правовой характер разъяснений Минфина России, если они даны во исполнение функции по выработке государственной политики и нормативно-правовому регулированию в сфере налогов и сборов.

В определениях КС РФ (например, от 05.11.2002 № 319-О-О «Об отказе в принятии к рассмотрению жалобы Некоммерческой организации — учреждения по управлению персоналом «Персона» на нарушение конституционных прав и свобод положениями пункта 2 статьи 4 НК РФ»), касающихся действия актов налоговых и финансовых органов разъяснительного характера, правовые позиции суда по поводу нормативности (ненормативности) этих актов отсутствуют.

В Определении от 03.04.2007 № 363-О-О КС РФ указал, что «суды не вправе ограничиваться формальным установлением того, какой характер носит… обжалуемый акт». При этом суд сослался на часть первую статьи 137 НК РФ, регламентирующую обжалование актов налоговых органов ненормативного характера. И только в Определении от 02.10.2007 № 632-О-О, вынесенном в связи с ходатайством о разъяснении Определения от 03.04.2007 №363-О-О, КС РФ указал на то, что не исключена «возможность оспаривания в арбитражный суд писем Министерства финансов РФ — как нормативного, так и ненормативного характера».

Вариации на тему оспаривания

На практике разъяснения финансовых органов иногда содержат правовые нормы. Соответственно в этом случае разъяснения финансового органа должны оспариваться в порядке, предусмотренном для оспаривания нормативного акта. Различный порядок оспаривания актов финансовых органов при отсутствии четких граней, позволяющих разграничить акты нормативного и ненормативного характера, — серьезное препятствие в механизме защиты прав налогоплательщика.

Дискуссия в отношении возможности обжалования писем разъяснительного характера в судебном порядке развернулась еще и в связи с нечеткостью законодательного определения условий, позволяющих обжаловать такой акт.

В соответствии со ст. 34.2 НК РФ Министерство финансов РФ дает письменные разъяснения по вопросам применения законодательства РФ о налогах и сборах.

Согласно ст. 137 НК РФ каждое лицо имеет право обжаловать акты налоговых органов ненормативного характера, если, по мнению этого лица, такие акты нарушают его права. Нормативные правовые акты налоговых органов могут быть обжалованы в порядке, предусмотренном федеральным законодательством.

По одному из дел ФАС МО указал, что Письмо Минфина России, носящее информационно-разъяснительный характер, не является ненормативным актом, изданным в рамках реализации властных полномочий исполнительного органа и непосредственно направленным на изменение прав и обязанностей лица, которому он адресован (Постановление ФАС МО от 14.03.2006, 06.03.2006 № КА-А40/1236-06). Исходя из этого суд сделал вывод о невозможности обжалования такого Письма в судебном порядке и оставил без изменения решение Арбитражного суда города Москвы, прекратившего производство по делу.

Как указал КС РФ, содержащиеся в ст.29, 150 и 198 АПК РФ нормы, рассматриваемые во взаимосвязи с ч. 1 ст. 137 НК РФ, не препятствуют обжалованию в судебном порядке актов Министерства финансов РФ, если по своему содержанию они порождают право налоговых органов предъявлять требования к налогоплательщикам (Определение КС РФ от 03.04.2007 № 363-О-О).

Условия для обжалования

Анализируя нормы, перечисленные КС РФ, можно выделить два условия, необходимых для судебного обжалования разъяснений финансовых органов.

Таким условием является наличие субъективного мнения заявителя о нарушении его прав обжалуемым актом (ст. 137 НК РФ). При этом нормы АПК РФ подобной «субъективной» оговорки не содержат.

Кроме того, НК РФ предусматривает, что обжалование допускается в случае, когда акты нарушают права заявителя (ст.137 НК РФ). АПК РФ содержит норму о том, что суды рассматривают дела об оспаривании ненормативных правовых актов органов государственной власти, затрагивающих права и законные интересы заявителя в сфере предпринимательской и иной экономической деятельности (п. 2 ст.29 АПК РФ).

Таким образом, согласно норме НК РФ право оспаривания акта предоставляется при наличии нарушения прав заявителя. В соответствии с нормами АПК РФ для обжалования акта достаточно того, что он затрагивает права заявителя и фактического нарушения еще не произошло. Правильность такого толкования п. 2 ст. 29 АПК РФ подтверждается содержанием ст.198 АПК РФ. Согласно этой норме граждане, организации и иные лица вправе обратиться в арбитражный суд, если полагают, что оспариваемый ненормативный правовой акт нарушает их права и законные интересы в сфере предпринимательской и иной экономической деятельности, незаконно возлагает на них какие-либо обязанности, создает иные препятствия для осуществления предпринимательской и иной экономической деятельности.

Существующее регулирование рассматриваемого вопроса в законодательстве о налогах и сборах позволяет судам достаточно часто на практике удовлетворять требования заявителя только в том случае, когда уже имеются негативные последствия действия ненормативного акта.

Представляется справедливым признавать акт, создающий угрозу нарушения прав налогоплательщика, недействительным до его вредного воздействия на деятельность налогоплательщика. В поддержку этого мнения можно привести позицию КС РФ, согласно которой акты Министерства финансов РФ подлежат обжалованию в судебном порядке, если они по своему содержанию порождают право налоговых органов предъявлять требования к налогоплательщикам.

Использование КС РФ глагола «порождать» указывает: для обжалования акта достаточно того, что у налогового органа появится право требовать от налогоплательщика исполнения каких-либо обязанностей, которые не предусмотрены законом, что может повлечь неблагоприятные последствия для налогоплательщика. Согласно ст. 32 НК РФ налоговые органы обязаны руководствоваться письменными разъяснениями Министерства финансов РФ по вопросам применения законодательства РФ о налогах и сборах.

Норма не содержит указания на то, что обязательными для налоговых органов являются только адресованные им разъяснения. ВАС РФ определил: «При применении данной нормы не имеет значения, адресовано ли разъяснение непосредственно налогоплательщику, являющемуся участником спора, или неопределенному кругу лиц» (п.35 Постановления Пленума ВАС РФ от 28.02.2001 № 5 «О некоторых вопросах применения части первой НК РФ»). Разъяснение, данное Минфином РФ на запрос отдельного налогоплательщика, является обязательным к исполнению для налоговых органов и порождает право последних предъявлять соответствующие требования к налогоплательщикам.

КС РФ отказал в разъяснении своей правовой позиции, указав, что «определение того, затрагиваются ли права и интересы лица оспариваемым ненормативным правовым актом, может быть произведено только судом при разрешении конкретного дела с учетом всех его обстоятельств» (Определение КС РФ от 02.10.2007 № 632-О-О). Но содержащиеся в Определении от 03.04.2007 №363-О-О положения о том, что «суды не вправе ограничиваться формальным установлением того, какой характер носит и кому адресован обжалуемый акт, а обязаны выяснить, затрагивает ли он права налогоплательщиков», позволяют автору настаивать на допустимости обжалования письменных разъяснений Минфина России как актов, которые по своему содержанию могут порождать право налоговых органов предъявлять требования к налогоплательщикам.

Загадочные интерпретации

Проблема обжалования письменных разъяснений финансовых органов во многом связана с тем, что российское законодательство не содержит характеристики интерпретационных актов, к которым относятся разъяснения. Интерпретационные акты должны содержать не «первоначальные» нормы права, а позицию исполнительного органа по толкованию норм закона (подзаконного нормативного акта). Отличительной чертой разъяснений компетентных органов является их вспомогательный характер. Интерпретация не может выходить за рамки смысла, установленного основными источниками налогового права, в отношении норм которых осуществляется пояснение. Поскольку интерпретация не может сводиться к повторению правовых норм, содержащихся в основных источниках налогового права, разъяснения содержат определенные нормы, цель которых — расшифровать, пояснить нормы, содержащиеся в нормативно-правовых актах и международных договорах, регулирующих налоговые отношения. В связи с этим видится логичным обжалование разъяснений финансовых органов в порядке, установленном для обжалования нормативных правовых актов государственных органов.

Требует дополнения ст. 137 НК РФ, которая предусматривает право обжаловать акты налоговых органов ненормативного и нормативного характера. Финансовые органы не входят в систему налоговых органов. Практика, распространяющая действие ст. 137 НК РФ на акты финансовых органов, сложилась. Тем не менее указанная норма должна быть соответствующим образом дополнена.

Отсутствие четкого законодательного урегулирования статуса письменных разъяснений финансовых органов, условий, необходимых для их обжалования, препятствует оперативной судебной защите его прав. Законодательное закрепление порядка обжалования разъяснений государственных органов позволит сократить путь налогоплательщика к рассмотрению дела по существу и исключению из регулирующего массива незаконных актов. Внесение изменений в налоговое и арбитражно-процессуальное законодательство о допустимости обжалования актов исполнительных органов, не только нарушающих права налогоплательщиков, но и создающих такую угрозу, позволит обеспечить стабильные условия хозяйствования налогоплательщиков.

ИРИНА КРИВЫХ, ДИРЕКТОР ПО ПРАВОВЫМ ВОПРОСАМ ГРУППЫ КОМПАНИЙ «МОРСКИЕ И НЕФТЕГАЗОВЫЕ ПРОЕКТЫ» (ООО)

Подписка Разместить:

С момента вступления в силу постановления Конституционного Суда Российской Федерации, которым нормативный акт или отдельные его положения признаны не соответствующими Конституции Российской Федерации, либо постановления Конституционного Суда Российской Федерации о признании нормативного акта либо отдельных его положений соответствующими Конституции Российской Федерации в данном Конституционным Судом Российской Федерации истолковании не допускается применение либо реализация каким-либо иным способом нормативного акта или отдельных его положений, признанных таким постановлением Конституционного Суда Российской Федерации не соответствующими Конституции Российской Федерации, равно как и применение либо реализация каким-либо иным способом нормативного акта или отдельных его положений в истолковании, расходящемся с данным Конституционным Судом Российской Федерации в этом постановлении истолкованием. Суды общей юрисдикции, арбитражные суды при рассмотрении дел после вступления в силу постановления Конституционного Суда Российской Федерации (включая дела, производство по которым возбуждено до вступления в силу этого постановления Конституционного Суда Российской Федерации) не вправе руководствоваться нормативным актом или отдельными его положениями, признанными этим постановлением Конституционного Суда Российской Федерации не соответствующими Конституции Российской Федерации, либо применять нормативный акт или отдельные его положения в истолковании, расходящемся с данным Конституционным Судом Российской Федерации в этом постановлении истолкованием.

6.1. Неизвестно, можно ли вообще подавать в какой-либо из судов г. Уфы. Подсудность определяется по правилам гражданского или арбитражного судопроизводства. В зависимости от спора, возможно рассмотрение как в арбитражном суде, так и в суде общей юрисдикции.
И по правилам соответствующих кодексов (КПК или АПК) и будет определяться компетентный суд, который должен рассматривать такое заявление.
Федеральный закон от 24 июля 2002 г. N 102-ФЗ
«О третейских судах в Российской Федерации»
«Статья 2. Основные понятия, используемые в настоящем Федеральном законе.
В настоящем Федеральном законе используются следующие основные понятия: компетентный суд — арбитражный суд субъекта Российской Федерации по спорам, подведомственным арбитражным судам, районный суд по спорам, подведомственным судам общей юрисдикции, в соответствии с подсудностью, установленной арбитражным процессуальным или гражданским процессуальным законодательством Российской Федерации.
Статья 40. Оспаривание решения третейского суда в компетентный суд.
Если в третейском соглашении не предусмотрено, что решение третейского суда является окончательным, то решение третейского суда может быть оспорено участвующей в деле стороной путем подачи заявления об отмене решения в компетентный суд в течение трех месяцев со дня получения стороной, подавшей заявление, решения третейского суда.
См. комментарии к статье 40 настоящего Федерального закона
Статья 41. Порядок оспаривания решения третейского суда.
Порядок оспаривания решения третейского суда в компетентный суд, рассмотрения компетентным судом заявления об отмене решения третейского суда и принятия решения (определения) об удовлетворении или отказе в удовлетворении заявления определяется арбитражным процессуальным или гражданским процессуальным законодательством Российской Федерации».

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *